Без признания государственности Донбасс обречен

0
408

Нам пишут из Донбасса. Без признания государственности Донбасс обречен. Современные гибридные войны привели к образованию гибридных государств, население которых стало заложниками клубка гибридных противоречий, из которых каждый пытается выпутаться самостоятельно. Гуманитарная помощь, информационная поддержка и организационно-техническое обеспечение дают возможность выживать, держаться на плаву, но развиваться, крепнуть и становиться хоть мало-мальски самостоятельным государством в условиях непризнанности Донецкая Народная республика не может. Куда же деваться населению?

Особенно тяжело приходится сейчас тем, кто не может решить проблемы с основными документами человека: паспортом и свидетельством о рождении. Павел и Валентина Седовы – родители пятерых сыновей. Четверо старших имеют свидетельства о рождении в государстве Украина, а младшенький Алешка родился уже в ДНР. Когда летом 2015 года семья пыталась выехать в Юрьевку (Украина), чтобы оздоровить детей на азовском побережье, на блокпосту пропустили всех, кроме годовалого Алешки. Потому, что по документам он – матерый сепаратист и террорист. Признаваемые документы можно сделать только на территории Украины, но для этого необходима справка из роддома с украинской печатью. Все лечебные учреждения ДНР давно переподчинились, печати уже новые, а старые, украинские, — уничтожены. Соответственно, получить украинское свидетельство о рождении – невозможно. Семья вернулась в Донецк, и через неделю повторила попытку отвезти детей на море только уже в Таганрог. Но на российской границе ситуация зеркально повторилась. Пропустили всех, кроме малыша. Ситуация патовая. И дело даже не в испорченном отдыхе на морском курорте. Причин для выезда за пределы Донецкой народной республики у людей может быть множество. Седовы – типичная донецкая семья. Вся их жизнь – это воспитание детей. Главное для них – это возможность накормить, обуть и выучить всех пятерых. Пока работала шахта, Павел принял решение никуда не выезжать. А теперь шахта простаивает, шахтеры работают от силы два дня в неделю. Зарплату уже который месяц перечисляют гривнами на карту украинского банка в неполном объеме: то 20%, а то и 10%. Но рублями тоже дают какие-то крохи: то 500 рублей, то 1000. Для многодетного шахтера такая ситуация сделала невозможным дальнейшую жизнь на территории непризнанного государства. Гуманитарная помощь – это, конечно, хорошо, но жить на заработанные, а не на подачки, все-таки достойнее. Когда стало совсем туго, Павел решился уехать в Ростовскую область. Поехал сначала один, как законопослушный гражданин, неделю выстаивал очереди в ФМС, но оказалось, что гражданам Украины режим льготного пребывания на территории РФ уже прекращен. Для всех граждан. И для людей с Донбасса тоже. Одинаково, хотя по телевизору часто делаются акценты, что ужесточение миграционного контроля не касается жителей Донбасса. На поверку оказалось, очень даже касается. Разрешение на работу и статус РВП он получить уже не смог. Только «гостевые» 90 дней. Как это ни парадоксально, но законопослушному человеку пришлось изменить своим принципам и отправиться работать нелегально с риском разоблачения. Да и заработанные деньги передать семье – это целая проблема. Нужно ехать лично самому, доверить такое деликатное дело некому, а банковские операции в Донецке совершаются только в мечтах.

История Белки еще более тяжела в своей бессмысленности. Когда в Донецке начались революционные события, Катя Белова, студентка медицинского колледжа, не смогла остаться в стороне, и стала медсестрой Белкой. Через полгода ее боевой путь закончился из-за тяжелого ранения в грудь. Было пробито легкое, требовалось длительное лечение и смена климата. Крымский воздух мог бы помочь девушке поправиться, но паспорт ее сгорел. Такое на войне случается. Только российским таможенникам и пограничникам душещипательные истории не нужны, им нужны нормальные документы. На Украину для восстановления основного документа Катя поехать не может по совершенно понятным причинам. А без оного документа путь в Россию ей тоже заказан. А вот это уже обидно и несправедливо. Когда требовалась телевизионная картинка массовых митингов, Катя с друзьями рисовали плакаты «Крым, мы с тобой!» или «Крым Донбасс Россия», исправно выходили на все митинги, дежурили на ОГА. Потом настоящая война, погибшие товарищи, ранение. Но в тот самый Крым, который весь Донбасс радостно провожал в дальнее плаванье к родным берегам, в тот самый Крым, за который мы приняли удар на себя, в тот самый Крым, в котором у Кати живет родная бабушка, ей дорога закрыта. И не важно, что хрупкая девушка грызла окопную землю за Донбасс, за русский мир, за Крым, важно, что у нее нет паспорта.

В конце прошлого учебного года по всем каналам была широко распиарена вступительная кампания в ДНР. Наши выпускники школ получили аттестаты нового образца, с которыми они могли поступать в донецкие и российские вузы. С донецкими все понятно. Им тоже нужно выживать, они нужны студенты, они примут всех. В российские вузы тоже поступило большое количество наших детей. Но только обладатели украинских паспортов. Только те, кого родители отвезли на Украину за паспортом. А если родители сами невыездные? А если родителей нет вообще? Да и далеко не все вузы принимали наших детей с ЛДНРовскими аттестатами. Московские и питерские приемные комиссии даже не рассматривали такие «независимые» документы. Большая часть выпускников осталась дома, так как без паспорта в РФ не попасть. Вот и получается коллизия: милости просим выпускников школ ДНР, но только тех, у кого будут паспорта Украины!

Да и не только паспорта нужны человеку. У Лидии Петровны — престарелые родители, которые не могут не то что в Мариуполь поехать для оформления пенсий, а с четвертого этажа спуститься не могут. Но их нужно не просто кормить. Им нужны лекарства, памперсы. Это все деньги. А кроме стариков у Лидии Петровны еще есть дочка с маленькими внуками и сын-подросток. Женщина решила оформить и получить на стариков украинскую задолженность по пенсии. Но тоже натолкнулась на невыполнимые преграды. Чтобы оформить пенсии на третье лицо необходима нотариальная доверенность. Еще в августе 2015 года для Донецка был закрыт Украиной Единый нотариальный реестр, поэтому такую доверенность можно оформить только на Украине и только лично. А как ей доставить нетранспортабельных стариков в ближайший Мариуполь? Спрос на нотариальные услуги в Донецке очень высок. Соответственно, город кишит объявлениями типа «Решаю любые проблемы с документами». Решать-то решают. Только вопрос – в чью пользу. Сегодня такой «адвокат» был честным, все решал за определенную плату. А потом рука дрогнула от возможности легкой наживы и понеслась. Собрал адвокат пачку документов (оригиналов!), не забыл взять задаток за услуги и… испарился. Теперь его клиенты уже никогда своей пенсии не дождутся. А пенсии у шахтеров большие, с регрессом до пяти тысяч гривен может набегать. Исчез адвокат, и теперь ему не страшен ни серый волк, ни донецкий полицейский. Проследить и пресечь действия таких дельцов невозможно по той простой причине, что база МВД Украины для ДНР полностью отрезана! Никакого взаимодействия нет по определению. Поэтому количество «кидков» на сотню обратившихся за платными, но заочными операциями с документами уверенно к сотне и приближается. Тяжело дельцам оставаться беспристрастными к чужим денежкам.

От Украины нам еще долго не избавиться на своей территории. Она, как фантом, будет преследовать нас бесконечно возникающими коллизиями как жителей непризнанного государства. До тех пор, пока олигархи будут продолжать управлять своей собственностью на территории ДНР, пока градообразующие предприятия будут находиться в их частной собственности и платить налоги во вражескую для нас Украину, пока рабочий класс будут шантажировать увольнением, вектор нашего развития останется туманным и бесперспективным. А люди будут приспосабливаться, цепляясь за любую точку опоры и постепенно теряя главное – осознание себя как гражданина своей страны. Потому, что пока страна существует только в мечтах непокорных романтиков русского мира. В ДНР граждане живут ожиданием обрести наконец-то возможность гордиться своим новым русским паспортом. А пока ДНР – это страна, в которой молодые женщины выезжают рожать через блокпосты на Украину только для того, чтобы вместе с малышом привезти домой свидетельство о рождении нового гражданина зараженной фашизмом Украины.

Жительница Донецка Татьяна Васильевна не смогла лично сопровождать свою невестку в Артемовск, чтобы пристроить ее в больницу в ожидании родов. Молодые так и не расписались в Донецке. Сын Татьяны Васильевны служил в милиции еще при Украине, а когда в июне 2014 года деятельность милиции на территории АТО была Украиной запрещена, всем милиционерам было приказано переехать в Димитров, Тимур остался в Донецке вместе с немногими товарищами. Пару недель восемь человек, сменяя друг друга через сутки, дежурили в райотделе и хоть как-то пытались поддерживать общественный порядок. И только в июле они официально были переподчинены и стали Полицией ДНР. С этого дня все их досье оказались на сайте «Миротворец», сами они стали невыездными, а родственники запросто могли быть выкрадены на территории Украины. До сих пор случаи похищения родственников полицейских ДНР, оказавшихся по ту сторону фронта, происходят с неутешительной регулярностью. Поэтому причин сомневаться в необходимости и безопасности ставить в паспорт штамп непризнанной республики у молодой семьи предостаточно. А между прочим, именно эти люди два года назад всей семьей дежурили на баррикадах, а сама Татьяна Васильевна была членом городской избирательной комиссии на Референдуме. Убежденные «пророссийские сепаратисты», они поставлены в такие условия, когда молодая жена отказывается от удовольствия подержать в руках свидетельство о браке, наступив на горло своей женской гордости. Мало того, ради будущего ребенка, она не только добровольно рискует физически, пересекая границу ДНР-Украина, она еще должна задушить в себе аллергическую реакцию на бандеровщину и насильственную украинизацию, героизацию вояк АТО, которые продолжают обстреливать окраины Донецка, она должна замолчать, затаиться, приехать в логово врага, чтобы родить маленького сепаратиста и получить заветную корочку – свидетельство о рождении, с которым она могла бы пересекать государственные границы. Как женщине, ей пришлось делать еще один сложный выбор: в свидетельство о рождении не будет указан отец, хотя он жив, он существует, и он любит свою семью. На генетическом уровне мы ощущаем себя русскими, частичкой великого народа, ценой миллионов жизней остановившего распространение раковой опухоли фашизма. Несмотря на минские соглашения и бесконечные разговоры о федеративной Украине, нашей главной мечтой остается воссоединение самого большого разъединенного народа. Всем сердцем мы желаем объединения с великой вселенной по имени Русь. И хотя сегодня замороженное, подвешенное состояние конфликта заставляет людей выискивать честные и не очень способы выживания, перемещения и ведения бизнеса, мы не перестаем надеяться на восстановление исторической справедливости. Революционный романтизм уже рассеялся, а бытовые проблемы остались. И потихоньку кристаллизуются препоны для развития, связанные с непризнанием нашей республики. Нам бы хватило частичного признания только Россией для налаживания нормальной интеграции в российское (евразийское) экономическое пространство. Донбасс не хочет вечно висеть в состоянии челночных девяностых. Предприятиям нужно заключать договора, перечислять деньги, получать заказы. А до сих пор сделки заключаются с вывертом рук – через Осетию и Абхазию. Товары возят только за наличные.

В этой борьбе русский мир несет слишком тяжелые потери. Самые идейные борцы, самые отчаянные воины, получив «отлуп» на российской границе из-за неправильных документов, теряют веру, утрачивают пыл и патриотизм, и просто чувствуют себя недорусскими только потому, что у них проблемы с украинским паспортом. Всех этих ментальных потерь можно было бы избежать, если бы на Донбассе начали выдавать российские паспорта и свидетельства о рождении, тем более, что таких прецедентов в истории новой России – масса. Абхазия, Осетия, Приднестровье… Из-за частичного признания этих регионов Россией, из-за массовой выдачи российских паспортов абхазам и осетинам третья мировая война не вспыхнула. И на фоне сирийско-турецких событий вызволение русских Донбасса из паспортного капкана не слишком бы ужесточило противоборство двух миров. Тем более, что разрешить предприятиям заключать легальные договора, работать и содержать на плаву свой регион будет дешевле, чем везти вагоны гуманитарной помощи. За два года экономическая ситуация в ЛДНР существенно ухудшилась: на фоне обстрелов закрываются, разворовываются или вывезены на Украину многие промышленные предприятия, работу ни в городах, ни в селах найти практически не возможно, происходит галопирование цен, разрушены старые хозяйственные и финансовые отношения, а новые не созданы из-за искусственных бюрократических препон. Люди массово покидают Донбасс. Еще год подобной неопределенности приведет к тому, что наша родина скоро станет умирающим регионом, где доживают свой век старики и растут только лишь кладбища.

Без признания государственности и легализации промышленно-финансовой деятельности Донбасс обречен.

Светлана Арсеньева

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ